Когда говно наверх всплывает, -
Уже я видел много раз,
Поэтому я точно знаю,
Что засорился унитаз.
Когда говно наверх всплывает,
То это значит лишь одно,
Что все в говне том утопает,
Что главное теперь - говно.
Говно расхлюпалось по полу,
Оно уже на зеркалах.
И кто-то, видно, по приколу,
Им расписался на дверях.
Говно на стенах туалета,
Говно в глазах, говно - в уме.
Нет адекватного ответа,
Когда уже душа в говне.
Когда говно наверх всплывает,
То всех запачкает оно,
Говно ведь быстро прибывает,
Распространяется говно.
Когда говна уж по колено,
То не испачкаться нельзя
Жизнедеяльности система
Уже говном поражена.
Оно теперь уже повсюду -
Проехать по суху нельзя,
В говне машины, кони, люди,
В говне все мы, в говне - страна.
В говне больницы, школы, дети
В говне родители в семье,
И даже в университете
Сам ректор по уши в говне.
В говне правительство и судьи,
В говне милиция, закон.
И все, что было, есть и будет,
Уж, кажется, было говном.
В говне прошло у нас все детство,
Говном измазана судьба,
Говно оставим мы в наследство,
И даже песни из говна.
Когда говна всеистеченье,
То нужно было бы хоть раз,
Не плыть говном всем по теченью,
А взять прочистить унитаз.
Прочитано 10481 раз. Голосов 5. Средняя оценка: 3,4
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Дети Золотого Города (главы 5-8) - Г. Ковальчук \\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\"...Великий Царь желает, чтобы Его дети были воинами. Потому что зло не дремлет. Тёмный Властелин будет пытаться снова поработить тебя, и это – как постоянная война. Ты должна сражаться со злом в твоём сердце...\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\"
Поэзия : 3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
